ericmackay (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
ericmackay) wrote2025-05-09 09:03 pm
ericmackay) wrote2025-05-09 09:03 pm
Entry tags:
(no subject)
А. П. Павлов
Стряпчие как чин Государева двора в царствование Михаила Романова
Вестник Санкт-Петербургского университета. История. 2025. Т. 70. Вып. 1.
Про думных и ближних людей, стольников и московских дворян автор уже писал, теперь дошел и до стряпчих.
В 1580-х годах имелось 14 стряпчих, к началу Смуты около 40. В боярском списке 1606/07 года стряпчих уже 52 человека, в боярском списке 1611 года - 62. Первый полный перечень стряпчих царя Михаила, боярская книга 1615 года фиксирует 54 носителя этого чина (фактически их имелось 56, двое стряпчих известных по другим источникам в книгу отчего-то не попали). Позднее число стряпчих растет, в боярском списке 1626 года - 74 человека, 1628-го - 67, 1629-го - 85, 1629/30-го - 107, 1632/33-го - 110.
Резкий скачок численности стряпчих произошел после 1633 года - при разборе в ноябре 1633-го стольников покойного патриарха Филарета 85 из них были зачислены в стряпчие. В боярском списке 1637/38 года стряпчих уже 187, 1638/39-го - 187, 1639/40-го - 175, 1641/42-го - 202, 1642/43-го - 214, 1643/44-го - 221, 1644/45-го - 217. Таким образом, общая численность стряпчих при царе Михаиле выросла примерно в 4 раза. Всего при Михаиле Федоровиче (1613 - 1645) в стряпчих служило не менее 581 человека, представлявщего 253 фамилии.
В части происхождения стряпчих при Михаиле Федоровиче произошли существенные изменения. До Смуты примерно 60% стряпчих представляли аристократические семьи второго-третьего эшелона. При царе Михаиле представительство аристократии в этом чине существенно понизилось.
Из общего числа стряпчих к старым аристократическим родам и выходцам из ногайских княжеских родов относилось 10,67% (62 человека). Наиболее широко были представлены Бутурлины - 14 человек, Плещеевы - 9, Вельяминовы - 8, Засекины - 5, Щербатовы - 4, Мезецкие - 3, Гундоровы, Мосальские, Приимковы-Ростовские, Ростовские, Шейсуповы - по 2.
К знатным родам, начавшим выдвигаться в первой половине XVII века, принадлежало 38 стряпчих [6,5%] - 14 Волконских, семь Измайловых, по пять Стрешневых и Пушкиных, четыре Львова, двое Вельяминовых-Воронцовых и один Волынский.
Всего старую и новую знать представляло 100 человек (17,2%) из 27 фамилий (10,67%).
В целом, до Смуты только 55 фамилий стряпчих царя Михаила имели своих представителей среди думных, высших придворных и высших московских (стольник, дворянин, стряпчий) чинов (и то зачастую единичных). Представители 126 фамилий до Смуты не поднимались выше жильцов и выборных дворян, а представители шести фамилий служили в дьяках. Остальные 66 фамилий до Смуты при дворе не были представлены вовсе.
У стряпчих из 233 фамилий к моменту получения чина отцы или другие родственники уже служили в думных или высших московских (стольник, дворянин) чинах и лишь для представителей 20 фамилий чин стряпчего был первым высшим московским чином в семье.
В чин стряпчего жаловали прежде всего из жильцов - 225 из 525 человек. В 1619 - 1633 годах в стряпчие часто переводили стольников патриарха Филарета (всего 158 человек). 137 человек были пожалованы первым чином сразу в стряпчие. Оставшиеся пятеро пожалованы из городовых дворян [фактически минимум в четырех случаях из выборных].
В стряпчие жаловались, как правило, молодые люди. Для большинства из них служба стряпчим была недолгим промежуточным этапом карьеры. Так, из 108 стряпчих, пожалованных в этот чин в 1613 - 1626 годах, только трое служило в нем 20 и более лет, 18 человек - от 10 до 20 лет, 27 человек - от 5 до 10 лет. 60 человек (55,5%) служили менее 5 лет.
Из 164 стряпчих, служивших в 1613 - 1626 годах, только 19 завершили свою карьеру в этом чине. Остальные были большей частью пожалованы в формально или фактически более высокие чины стольников (76 человек) и дворян московских (65 человек). Еще двое выбыли с понижением - в городовые дворяне.
Службы стряпчих, как и ранее, были в основном придворными, при этом случаи «именных» назначений для исполнения особых почетных придворных должностей были достаточно редки (9 назначений рындами, 20 - в разряды свадеб царя Михаила в 1624 и 1626 годах и т. п.).
Некоторые стряпчие служили в государевой «комнате» в качестве «спальников» / комнатных стряпчих («стряпчие в комнате»). Всего их известно пятеро - Василий Иванович Стрешнев, Степан Яковлевич Милюков, Иван Афанасьевич Плещеев, Федор Михайлович Толочанов и Богдан Михайлович Хитрово. Таким образом понятия «спальник» и «комнатный стольник» при царе Михаиле не были еще тождественными и спальником мог быть и комнатный стряпчий. Правительство царя Михаила, судя по всему, еще не решалось нарушать сложившийся ранее порядок и жаловать чин стольника неродословным людям. Позднее, с ростом числа стольников и пополнением чина неродословными людьми эта проблема отпала и отдельная группа комнатных стряпчих исчезает.
Важные общегосударственные службы стряпчие несли редко. Известно всего пять случаев назначения стряпчих городовыми воеводами (три из них в Смуту): Игнатий Истомин Михнев в 1613/14 - 1615/16 годах был воеводой в Ливнах, а в 1616/17 году в Осколе; Иван Иванович Биркин в 1615 -1617 годах был воеводой в Мангазее; Андрей Юрьевич Ростопчин в 1638 - 1639 годах был воеводой в Боровске и Василий Петрович Апраксин в 1642/43 - 1645 годах - воеводой в Короче. Все они, как отмечает автор, ко времени воеводства были уже давно служившими людьми.
Гораздо чаще молодые стряпчие служили по городам со своими отцами-воеводами (ок. 50 случаев) или другими родственниками, набираясь практического опыта.
Полковыми воеводами стряпчие также назначались редко. За описываемый период известно четыре таких случая: летом 1613 года вместе с Федором Плещеевым под Тихвин был послан стряпчий? Исак Семенович Погожий; весной 1626 года вторым воеводой передового полка на Дедилове был Дмитрий Баймов (Ефимович) Воейков; Василий Григорьевич Ляпунов в марте 1628 года был вторым воеводой передового полка в Михайлове, а весной 1631 года вторым воеводой передового же полка в Дедилове. Все трое к моменту назначения также служили уже достаточно долго.
Будущий боярин Артемон Сергеевич Матвеев, (стряпчий в 1643/44 - 1668/69 годах) с февраля 1645 года был также стрелецким головой.
На посольские службы стряпчие посылались в составе дипломатических миссий, в качестве свиты («в дворянах») при послах и посланниках, часто также сопровождая своих отцов и родственников.
Одной из основных служб для стряпчих была посыльная - они посылались от государя к воеводам с вестями, наказами, списками, государевым жалованным словом, «с золотыми» и т. д., от воевод в Москву - с отписками, сеунщиками и т. д. Стряпчих также нередко посылали сборщиками в уезды - собирать нетчиков и проч.
Стряпчие как чин Государева двора в царствование Михаила Романова
Вестник Санкт-Петербургского университета. История. 2025. Т. 70. Вып. 1.
Про думных и ближних людей, стольников и московских дворян автор уже писал, теперь дошел и до стряпчих.
В 1580-х годах имелось 14 стряпчих, к началу Смуты около 40. В боярском списке 1606/07 года стряпчих уже 52 человека, в боярском списке 1611 года - 62. Первый полный перечень стряпчих царя Михаила, боярская книга 1615 года фиксирует 54 носителя этого чина (фактически их имелось 56, двое стряпчих известных по другим источникам в книгу отчего-то не попали). Позднее число стряпчих растет, в боярском списке 1626 года - 74 человека, 1628-го - 67, 1629-го - 85, 1629/30-го - 107, 1632/33-го - 110.
Резкий скачок численности стряпчих произошел после 1633 года - при разборе в ноябре 1633-го стольников покойного патриарха Филарета 85 из них были зачислены в стряпчие. В боярском списке 1637/38 года стряпчих уже 187, 1638/39-го - 187, 1639/40-го - 175, 1641/42-го - 202, 1642/43-го - 214, 1643/44-го - 221, 1644/45-го - 217. Таким образом, общая численность стряпчих при царе Михаиле выросла примерно в 4 раза. Всего при Михаиле Федоровиче (1613 - 1645) в стряпчих служило не менее 581 человека, представлявщего 253 фамилии.
В части происхождения стряпчих при Михаиле Федоровиче произошли существенные изменения. До Смуты примерно 60% стряпчих представляли аристократические семьи второго-третьего эшелона. При царе Михаиле представительство аристократии в этом чине существенно понизилось.
Из общего числа стряпчих к старым аристократическим родам и выходцам из ногайских княжеских родов относилось 10,67% (62 человека). Наиболее широко были представлены Бутурлины - 14 человек, Плещеевы - 9, Вельяминовы - 8, Засекины - 5, Щербатовы - 4, Мезецкие - 3, Гундоровы, Мосальские, Приимковы-Ростовские, Ростовские, Шейсуповы - по 2.
К знатным родам, начавшим выдвигаться в первой половине XVII века, принадлежало 38 стряпчих [6,5%] - 14 Волконских, семь Измайловых, по пять Стрешневых и Пушкиных, четыре Львова, двое Вельяминовых-Воронцовых и один Волынский.
Всего старую и новую знать представляло 100 человек (17,2%) из 27 фамилий (10,67%).
В целом, до Смуты только 55 фамилий стряпчих царя Михаила имели своих представителей среди думных, высших придворных и высших московских (стольник, дворянин, стряпчий) чинов (и то зачастую единичных). Представители 126 фамилий до Смуты не поднимались выше жильцов и выборных дворян, а представители шести фамилий служили в дьяках. Остальные 66 фамилий до Смуты при дворе не были представлены вовсе.
У стряпчих из 233 фамилий к моменту получения чина отцы или другие родственники уже служили в думных или высших московских (стольник, дворянин) чинах и лишь для представителей 20 фамилий чин стряпчего был первым высшим московским чином в семье.
В чин стряпчего жаловали прежде всего из жильцов - 225 из 525 человек. В 1619 - 1633 годах в стряпчие часто переводили стольников патриарха Филарета (всего 158 человек). 137 человек были пожалованы первым чином сразу в стряпчие. Оставшиеся пятеро пожалованы из городовых дворян [фактически минимум в четырех случаях из выборных].
В стряпчие жаловались, как правило, молодые люди. Для большинства из них служба стряпчим была недолгим промежуточным этапом карьеры. Так, из 108 стряпчих, пожалованных в этот чин в 1613 - 1626 годах, только трое служило в нем 20 и более лет, 18 человек - от 10 до 20 лет, 27 человек - от 5 до 10 лет. 60 человек (55,5%) служили менее 5 лет.
Из 164 стряпчих, служивших в 1613 - 1626 годах, только 19 завершили свою карьеру в этом чине. Остальные были большей частью пожалованы в формально или фактически более высокие чины стольников (76 человек) и дворян московских (65 человек). Еще двое выбыли с понижением - в городовые дворяне.
Службы стряпчих, как и ранее, были в основном придворными, при этом случаи «именных» назначений для исполнения особых почетных придворных должностей были достаточно редки (9 назначений рындами, 20 - в разряды свадеб царя Михаила в 1624 и 1626 годах и т. п.).
Некоторые стряпчие служили в государевой «комнате» в качестве «спальников» / комнатных стряпчих («стряпчие в комнате»). Всего их известно пятеро - Василий Иванович Стрешнев, Степан Яковлевич Милюков, Иван Афанасьевич Плещеев, Федор Михайлович Толочанов и Богдан Михайлович Хитрово. Таким образом понятия «спальник» и «комнатный стольник» при царе Михаиле не были еще тождественными и спальником мог быть и комнатный стряпчий. Правительство царя Михаила, судя по всему, еще не решалось нарушать сложившийся ранее порядок и жаловать чин стольника неродословным людям. Позднее, с ростом числа стольников и пополнением чина неродословными людьми эта проблема отпала и отдельная группа комнатных стряпчих исчезает.
Важные общегосударственные службы стряпчие несли редко. Известно всего пять случаев назначения стряпчих городовыми воеводами (три из них в Смуту): Игнатий Истомин Михнев в 1613/14 - 1615/16 годах был воеводой в Ливнах, а в 1616/17 году в Осколе; Иван Иванович Биркин в 1615 -1617 годах был воеводой в Мангазее; Андрей Юрьевич Ростопчин в 1638 - 1639 годах был воеводой в Боровске и Василий Петрович Апраксин в 1642/43 - 1645 годах - воеводой в Короче. Все они, как отмечает автор, ко времени воеводства были уже давно служившими людьми.
Гораздо чаще молодые стряпчие служили по городам со своими отцами-воеводами (ок. 50 случаев) или другими родственниками, набираясь практического опыта.
Полковыми воеводами стряпчие также назначались редко. За описываемый период известно четыре таких случая: летом 1613 года вместе с Федором Плещеевым под Тихвин был послан стряпчий? Исак Семенович Погожий; весной 1626 года вторым воеводой передового полка на Дедилове был Дмитрий Баймов (Ефимович) Воейков; Василий Григорьевич Ляпунов в марте 1628 года был вторым воеводой передового полка в Михайлове, а весной 1631 года вторым воеводой передового же полка в Дедилове. Все трое к моменту назначения также служили уже достаточно долго.
Будущий боярин Артемон Сергеевич Матвеев, (стряпчий в 1643/44 - 1668/69 годах) с февраля 1645 года был также стрелецким головой.
На посольские службы стряпчие посылались в составе дипломатических миссий, в качестве свиты («в дворянах») при послах и посланниках, часто также сопровождая своих отцов и родственников.
Одной из основных служб для стряпчих была посыльная - они посылались от государя к воеводам с вестями, наказами, списками, государевым жалованным словом, «с золотыми» и т. д., от воевод в Москву - с отписками, сеунщиками и т. д. Стряпчих также нередко посылали сборщиками в уезды - собирать нетчиков и проч.