no subject
Sep. 3rd, 2020 01:56 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ericmackayД. Володихин
Полководцы Ивана III
Издательская аннотация зачем-то вводит в заблуждение, сообщая, что книга посвящена деятельности неких «В. Ростовского, Я. Захарьина и Ю. Захарьина». На деле здесь четыре главы, в первой автор пишет о социальном составе, результативности и востребованности русских воевод при Иване Великом, во второй пытается реконструировать командный состав русского войска на Угре в 1480 г. Третья посвящена известному конфликту Якова Захарьича (Кошкина) с Даниилом Щеней в 1500 г., а четвертая - трудовой деятельности кн. А. В. Ростовского, относительно малоизвестного полководца Ивана III.
К полководцам автор относит людей самостоятельно командовавших (хотя бы раз) отдельным войском (автор его обзывает полевым соединением) или крупным отрядом. Таковых набралось 20 человек, наиболее значимыми были шестеро:
1) кн. Даниил Васильевич Щеня (Патрикеев)
2) кн. Даниил Дмитриевич Холмский
3) Яков Захарьич (Кошкин)
4) кн. Даниил Александрович Пенко-Ярославский
5) кн. Василий Иванович Стригин-Оболенский
6) кн. Александр Владимирович Ростовский
Каждый из перечисленных самостоятельно командовал войском в 3-7 походах, Д. В. Щеня - в девяти (помимо этого, все они постоянно служили и полковыми воеводами).
Ко второму эшелону полководцев автор отнес воевод командовавших в 2 походах (и часто занимавших должности полковых воевод), это:
7) кн. Семен Иванович Молодой-Ряполовский (зять И. Ю. Патрикеева)
8) кн. Иван Юрьевич Патрикеев (дядя Д. В. Щени)
9) кн. Василий Иванович Косой-Патрикеев (сын И. Ю. Патрикеева)
10) кн. Василий Данилович Холмский (сын Д. Д. Холмского)
К третьему эшелону автор отнес воевод командовавших войском в одном походе (и часто занимавших должности полковых воевод), это:
11) кн. Михаил Иванович Голица-Булгаков
12) кн. Иосиф (Осип) Андреевич Дорогобужский
13) кн. Иван Васильевич Стрига-Оболенский
14) кн. Федор Васильевич Телепень-Оболенский
15) кн. Федор Семенович Хрипун-Ряполовский (племянник С. И. Молодого-Ряполовского)
16) кн. Василий Федорович Шуйский
17) кн. Семен Романович Ярославский
18) Юрий Захарьич (Кошкин)
19) Василий Федорович Сабуров
20) Василий Федорович Образец-Симский
Помимо этой двадцатки, составлявшей верхушку военной элиты, к командованию войсками привлекались и другие представители знати, однако последние служили либо только полковыми воеводами, либо вообще редко привлекались к военной службе. Так, кн. Михаил Иванович Колышка-Патрикеев (старший сын И. Ю. Патрикеева) в 1492/93 г. командовал войском в большом походе на Литву, однако ни до, ни после этого не служил даже полковым воеводой. Помимо него к этой категории автор относит кн. Федора Ивановича Бельского, кн. Федора Юрьевича Прозоровского, кнн. Александра Васильевича Оболенского, Ивана Владимировича Лыко-Оболенского, Ивана Михайловича Репню-Оболенского, Тимофея Александровича Тростенского-Оболенского, Михаила Федоровича Микулинского (Телятевского), Семена Даниловича Холмского (сын Д. Д. Холмского) и др., а также представителей старомосковских родов - Колычевых, Беззубцевых и др.
Провинциальное боярство, перешедшее на московскую службу, к высшим командным постам не допускалось, служа только полковыми воеводами. Наиболее заметную роль здесь играли тверские роды, вовремя (до 1485 года) перешедшие на сторону Москвы, в первую очередь, Бороздины.
Из числа первых 20 военачальников, 80% принадлежали к титулованной знати, 20% к старомосковским боярским родам. Среди первых наиболее сильные позиции занимали Гедиминовичи - Патрикеевы и их родня* (трое + Молодой-Ряполовский) и Булгаков, а из числа Рюриковичей - Оболенские (трое), тверские (двое Холмских и Дорогобужский) и стародубские (двое Ряполовских) князья**. Среди старомосковских родов наиболее крепкие позиции имели потомки Андрея Кобылы - Захарьины-Кошкины (будущие Романовы)***.
При Иване III начался процесс вытеснения старомосковских родов с занимаемых ими позиций в военной сфере. В 42 военных походах зафиксированных разрядами при Иване Великом командующим войском (т. е. первым воеводой Большого полка) представители нетитулованной знати назначались 6 раз (14%), первыми воеводами других полков 52 раза (37%). При этом, в 80-х - первой половине 90-х гг. XV в. первыми воеводами Большого полка их не назначали вообще, а первыми воеводами других полков заметно реже чем раньше. Утрата прежних позиций не вызывала естественно никакой радости у старомосковских родов и известный конфликт Юрия Захарьича и Д. Щени, случившийся в 1500 г., автор считает первым видимым проявлением этого недовольства (а не первым местническим конфликтом, как часто считается).
В плане результативности несомненными лидерами среди всех полководцев Ивана III являются два выдающихся военачальника - кн. Даниил Дмитриевич Холмский (Шелонь, Угра, взятие Казани в 1487 г. и пр.) и кн. Даниил Васильевич Щеня (Ведрошь и пр.). Следом, по мнению автора, идут Яков Захарьич Кошкин (взятие Брянска, второй воевода Большого полка при Ведроши и пр.), Василий Федорович Образец-Симский, кн. Александр Федорович Ростовский и кн. Федор Семенович Хрипун-Ряполовский. К числу наиболее способных военачальников автор причисляет также Ивана Дмитриевича Руно, командовавшего «лехкими» ратями (и, соответственно, в списки выше не попавшего).
Помимо этого даровитыми полководцами Володихин считает Юрия Захарьича Кошкина и кнн. Федора Давыдовича Пестрого (из Стародубских-Палецких), Андрея Никитича Ногтя-Оболенского, Михаила Ивановича Колышку-Патрикеева и Семена Федоровича Курбского, в меньшей степени - Ивана Васильевича Хабара-Симского и кнн. Василия Ивановича Косого-Патрикеева, Михаил Федоровича Карамыша-Курбского, Федора Васильевича Телепня-Оболенского, Василия Ивановича Стригина-Оболенского.
К числу немногих неудачников отнесен кн. Даниил Александрович Пенко-Ярославский, неудачно действовавший против ливонцев в 1501 - 1502 гг. и не снискавший лавров и на других фронтах.
Между результативностью и востребованностью воевод, как считает автор, существовала прямая связь, тем более, что Ивана III не сковывали еще ограничения сложившейся позднее местнической системы.
* До 1499 г., когда сразу трое из этого списка - И. Ю. Патрикеев, кн. В. И. Косой-Патрикеев и С. И. Молодой-Ряполовский попали в опалу, первые двое вынуждены были принять постриг, Ряполовский был казнен.
** Помимо этого, масса представителей этих родов, особенно Оболенских, служила полковыми воеводами.
*** Подкрепляемые родственными им Колычевыми и Беззубцевыми.
Полководцы Ивана III
Издательская аннотация зачем-то вводит в заблуждение, сообщая, что книга посвящена деятельности неких «В. Ростовского, Я. Захарьина и Ю. Захарьина». На деле здесь четыре главы, в первой автор пишет о социальном составе, результативности и востребованности русских воевод при Иване Великом, во второй пытается реконструировать командный состав русского войска на Угре в 1480 г. Третья посвящена известному конфликту Якова Захарьича (Кошкина) с Даниилом Щеней в 1500 г., а четвертая - трудовой деятельности кн. А. В. Ростовского, относительно малоизвестного полководца Ивана III.
К полководцам автор относит людей самостоятельно командовавших (хотя бы раз) отдельным войском (автор его обзывает полевым соединением) или крупным отрядом. Таковых набралось 20 человек, наиболее значимыми были шестеро:
1) кн. Даниил Васильевич Щеня (Патрикеев)
2) кн. Даниил Дмитриевич Холмский
3) Яков Захарьич (Кошкин)
4) кн. Даниил Александрович Пенко-Ярославский
5) кн. Василий Иванович Стригин-Оболенский
6) кн. Александр Владимирович Ростовский
Каждый из перечисленных самостоятельно командовал войском в 3-7 походах, Д. В. Щеня - в девяти (помимо этого, все они постоянно служили и полковыми воеводами).
Ко второму эшелону полководцев автор отнес воевод командовавших в 2 походах (и часто занимавших должности полковых воевод), это:
7) кн. Семен Иванович Молодой-Ряполовский (зять И. Ю. Патрикеева)
8) кн. Иван Юрьевич Патрикеев (дядя Д. В. Щени)
9) кн. Василий Иванович Косой-Патрикеев (сын И. Ю. Патрикеева)
10) кн. Василий Данилович Холмский (сын Д. Д. Холмского)
К третьему эшелону автор отнес воевод командовавших войском в одном походе (и часто занимавших должности полковых воевод), это:
11) кн. Михаил Иванович Голица-Булгаков
12) кн. Иосиф (Осип) Андреевич Дорогобужский
13) кн. Иван Васильевич Стрига-Оболенский
14) кн. Федор Васильевич Телепень-Оболенский
15) кн. Федор Семенович Хрипун-Ряполовский (племянник С. И. Молодого-Ряполовского)
16) кн. Василий Федорович Шуйский
17) кн. Семен Романович Ярославский
18) Юрий Захарьич (Кошкин)
19) Василий Федорович Сабуров
20) Василий Федорович Образец-Симский
Помимо этой двадцатки, составлявшей верхушку военной элиты, к командованию войсками привлекались и другие представители знати, однако последние служили либо только полковыми воеводами, либо вообще редко привлекались к военной службе. Так, кн. Михаил Иванович Колышка-Патрикеев (старший сын И. Ю. Патрикеева) в 1492/93 г. командовал войском в большом походе на Литву, однако ни до, ни после этого не служил даже полковым воеводой. Помимо него к этой категории автор относит кн. Федора Ивановича Бельского, кн. Федора Юрьевича Прозоровского, кнн. Александра Васильевича Оболенского, Ивана Владимировича Лыко-Оболенского, Ивана Михайловича Репню-Оболенского, Тимофея Александровича Тростенского-Оболенского, Михаила Федоровича Микулинского (Телятевского), Семена Даниловича Холмского (сын Д. Д. Холмского) и др., а также представителей старомосковских родов - Колычевых, Беззубцевых и др.
Провинциальное боярство, перешедшее на московскую службу, к высшим командным постам не допускалось, служа только полковыми воеводами. Наиболее заметную роль здесь играли тверские роды, вовремя (до 1485 года) перешедшие на сторону Москвы, в первую очередь, Бороздины.
Из числа первых 20 военачальников, 80% принадлежали к титулованной знати, 20% к старомосковским боярским родам. Среди первых наиболее сильные позиции занимали Гедиминовичи - Патрикеевы и их родня* (трое + Молодой-Ряполовский) и Булгаков, а из числа Рюриковичей - Оболенские (трое), тверские (двое Холмских и Дорогобужский) и стародубские (двое Ряполовских) князья**. Среди старомосковских родов наиболее крепкие позиции имели потомки Андрея Кобылы - Захарьины-Кошкины (будущие Романовы)***.
При Иване III начался процесс вытеснения старомосковских родов с занимаемых ими позиций в военной сфере. В 42 военных походах зафиксированных разрядами при Иване Великом командующим войском (т. е. первым воеводой Большого полка) представители нетитулованной знати назначались 6 раз (14%), первыми воеводами других полков 52 раза (37%). При этом, в 80-х - первой половине 90-х гг. XV в. первыми воеводами Большого полка их не назначали вообще, а первыми воеводами других полков заметно реже чем раньше. Утрата прежних позиций не вызывала естественно никакой радости у старомосковских родов и известный конфликт Юрия Захарьича и Д. Щени, случившийся в 1500 г., автор считает первым видимым проявлением этого недовольства (а не первым местническим конфликтом, как часто считается).
В плане результативности несомненными лидерами среди всех полководцев Ивана III являются два выдающихся военачальника - кн. Даниил Дмитриевич Холмский (Шелонь, Угра, взятие Казани в 1487 г. и пр.) и кн. Даниил Васильевич Щеня (Ведрошь и пр.). Следом, по мнению автора, идут Яков Захарьич Кошкин (взятие Брянска, второй воевода Большого полка при Ведроши и пр.), Василий Федорович Образец-Симский, кн. Александр Федорович Ростовский и кн. Федор Семенович Хрипун-Ряполовский. К числу наиболее способных военачальников автор причисляет также Ивана Дмитриевича Руно, командовавшего «лехкими» ратями (и, соответственно, в списки выше не попавшего).
Помимо этого даровитыми полководцами Володихин считает Юрия Захарьича Кошкина и кнн. Федора Давыдовича Пестрого (из Стародубских-Палецких), Андрея Никитича Ногтя-Оболенского, Михаила Ивановича Колышку-Патрикеева и Семена Федоровича Курбского, в меньшей степени - Ивана Васильевича Хабара-Симского и кнн. Василия Ивановича Косого-Патрикеева, Михаил Федоровича Карамыша-Курбского, Федора Васильевича Телепня-Оболенского, Василия Ивановича Стригина-Оболенского.
К числу немногих неудачников отнесен кн. Даниил Александрович Пенко-Ярославский, неудачно действовавший против ливонцев в 1501 - 1502 гг. и не снискавший лавров и на других фронтах.
Между результативностью и востребованностью воевод, как считает автор, существовала прямая связь, тем более, что Ивана III не сковывали еще ограничения сложившейся позднее местнической системы.
* До 1499 г., когда сразу трое из этого списка - И. Ю. Патрикеев, кн. В. И. Косой-Патрикеев и С. И. Молодой-Ряполовский попали в опалу, первые двое вынуждены были принять постриг, Ряполовский был казнен.
** Помимо этого, масса представителей этих родов, особенно Оболенских, служила полковыми воеводами.
*** Подкрепляемые родственными им Колычевыми и Беззубцевыми.